Чем грозит падение власти в Иране

Падение власти в Исламской Республике Иран может обернуться серьёзными последствиями для международной безопасности. Если произойдет агрессия против Ирана, это станет катализатором множества проблем, таких как терроризм, увеличение потоков беженцев, рост преступности и контрабанды оружия, что отразится на соседних странах и даже коснется России и союзников США в Европе. Однако насколько вероятен такой сценарий, будет зависеть от способности Тегерана сохранить контроль над ситуацией. Учитывая текущие обстоятельства, шансы на это существуют. Николай Сухов, ведущий научный сотрудник Центра ближневосточных исследований Института мировой экономики и международных отношений имени Е.М. Примакова РАН, а также профессор НИУ ВШЭ в Санкт-Петербурге, поделился своим мнением по этому вопросу.

Как Иран может стать источником нестабильности

Опыт стран Ближнего Востока показывает, что источником международной нестабильности страна становится не столько из-за идеологических заявлений, сколько при совпадении трех ключевых факторов:

ослабление центральной власти;разделение силовых структур;экономический кризис.

Такое было в Ираке после 2003 года, в Сирии после 2011 года и частично в Ливии. Будет ли Иран повторять их путь в плане терроризма и миграционной нестабильности, зависит от того, как будет выглядеть новый режим после возможных изменений.

Если иранское государство сохранит свою целостность, даже если это произойдет в жесткой форме, то страна останется источником определённой напряженности, но не сможет подорвать региональную стабильность или вызвать рост терроризма.

Сохранение централизованного контроля значительно снизит вероятность возникновения транснациональных террористических групп. Иранская система безопасности обладает достаточно высокой степенью профессионализма и жесткости. Даже при наличии агрессивной внешней политики, насилие в стране контролировалось через прокси-структуры, а не через вооружённый джихад.

В случае же распада вертикали власти или раскола внутри силовых структур, таких как Корпус стражей исламской революции, риски возрастут:

часть военных может стать автономной;региональные группы, представляющие меньшинства, могут перейти к радикальным действиям;в условиях экономических санкций возрастет количество криминальных группировок;усилится трансграничная контрабанда.

Важно отметить, что Иран не является типичным "провалившимся государством". В стране существует развита административная структура, высокий уровень урбанизации и сильная национальная идентичность, что снижает вероятность её превращения в экспортера глобального терроризма. Более реальной проблемой, нежели рост терроризма, является миграция: в условиях экономического упадка и нестабильности многие иранцы, особенно молодежь, будут стремиться уехать.

Кто окажется в зоне риска

Если в Иране произойдет фрагментация власти, основное бремя ляжет на Турцию, страны Южного Кавказа и Центральной Азии, а также монархии Персидского залива.

Турция выступит в роли буфера для миграции иранцев в Европу, как это уже происходило во время сирийского кризиса. Через эту страну пройдет основная масса беженцев, что приведёт к увеличению контрабанды, торговле людьми и наркотрафику. Хотя Турция имеет опыт управления миграционными потоками, общественное недовольство по этому вопросу растет. Возможно, что Турция закроет границы или достигнет соглашения о контроле над потоками, что ограничит последствия для ЕС.

Вероятность террористических атак на территории Турции умеренная, так как они могут происходить через периферийные радикальные сети, а не через организованные каналы Ирана. Прямые теракты в Европе и Турции маловероятны, если эти страны не окажутся вовлечены в военные действия против Ирана, поскольку Исламская Республика действовала избирательно, а не хаотично. Однако, вероятно, что Турция столкнётся с усилением курдского сепаратизма.

Другим регионом, который может пострадать от нестабильности, являются страны, ранее входившие в состав СССР, а через них может быть затронута и Россия. Азербайджан и Туркменистан могут столкнуться с дестабилизацией из-за общих границ с Ираном, в то время как другие государства Южного Кавказа и Центральной Азии могут столкнуться с вторичными миграционными потоками и контрабандой.

Россия вряд ли станет основным направлением для мигрантов из Ирана, так как культурные и языковые различия выше, чем в случае с Турцией или Европой. Наша страна может косвенно пострадать из-за нестабильности в соседних государствах. Экспорт терроризма в Россию возможен только при значительной фрагментации Ирана и возникновении автономных радикальных групп.

Монархии Персидского залива, особенно Саудовская Аравия, ОАЭ и Бахрейн, также находятся в зоне риска. Однако в их случае речь не идет о миграционных угрозах, так как эти страны строго контролируют въезд. Им могут угрожать удары и диверсии со стороны агентов иранских прокси, которые могут оказаться вне контроля Тегерана.

Что касается Соединенных Штатов, то их географическое положение делает маловероятным столкновение с ближневосточной миграцией в масштабах Европы. Хотя теоретически возможна террористическая угроза, на практике она выглядит маловероятной: сейчас не 2001 год, и логистика из Ирана в США сложна, а американские спецслужбы обладают значительным опытом в борьбе с внешними угрозами.

Обратные эффекты от ближневосточных кризисов для США чаще проявляются не через миграцию, а через рост антиамериканских настроений, усиление конфликтов в регионе и необходимость длительного военного присутствия. Если Иран не сможет удержать свою власть, мы можем вновь столкнуться с этими последствиями.