Скандал с «Кыргызнефтегазом» и дело Ташиевых. Что говорят эксперты
На фоне этих событий эксперты начали высказывать свои мнения: от призывов к молчанию участников скандала до утверждений о том, что государственные структуры уже не могут остановиться и должны довести дело до конца.
24.kg собрал мнения специалистов о том, что их тревожит в данной ситуации, почему звучат такие строгие оценки и является ли это действительной борьбой с коррупцией или же новым этапом в борьбе за власть.
Нурбек Токтакунов: Лучше оставаться молчаливым
Фото из личного архива. Нурбек Токтакунов
Нурбек Токтакунов, юрист:
— Тай-Мурасу Ташиеву после разоблачений со стороны ГНС и допроса в МВД стоило бы воспользоваться правом на молчание, как перед следствием, так и перед общественностью.
Все его слова могут быть использованы против его отца. Независимо от его оправданий, он сам создает дополнительные улики, подтверждающие, что его отец, являющийся членом правительства и главой спецслужб, мог быть вовлечен в госзакупки нефтепродуктов для своих родственников.
Кроме того, оправдываясь, Тай-Мурас сравнивает объем своих закупок с общим объемом производства на государственном НПЗ. Но откуда у него эти данные, если они не являются общедоступными? Он мог получить их только через связи с руководством завода, что является доказательством коррупционных связей.
Если государство само опубликовало информацию о таком клане, оно должно идти до конца — все Рубиконы уже пройдены.
Зайнидин Курманов: Коррупция как механизм управления
Зайнидин Курманов, доктор исторических наук, профессор:
— Время прозреть! Так дальше продолжаться не может. Налоговая служба выявила еще одну ужасную схему, связанную с «Кыргызнефтегазом». В 90-х это предприятие обещало нам 300 лет нефтяной независимости, но разговоры об этом постепенно затихли. Завод работал, добывал нефть, но мы не знали об этом.
В чем же суть элитной жадности? Это не просто вопрос «плохих людей», а глубокая системная проблема. Коррупция в таких обществах становится нормой, а не исключением. В традиционных культурах преданность своему клану выше, чем преданность государству. Чиновник видит свою должность как ресурс для помощи своим близким. В переходный период возникает «правовой вакуум», где личные связи важнее законов.
Общество не воспринимает власть как институт служения. Мы считаем, что если «начальник» не богат, это признак слабости, а не честности. Поэтому политики стараются преуспеть друг перед другом в богатстве, получая одобрение бедного населения. Как можно восхвалять воров?
Борьба с коррупцией — это комплекс мер, а не одна «громкая посадка». Необходимо:
Устранение человеческого фактора через цифровизацию.
Экономическая свобода и сокращение регулирования.
Независимость судебной системы и неотвратимость наказания.
Прозрачность госзакупок и контроль со стороны граждан.
Достойная оплата труда госслужащих.
Полное искоренение коррупции маловероятно, но качественное снижение уровня вполне достижимо. Примеры Японии, Сингапура или Грузии показывают, что с жесткой политической волей можно изменить ситуацию за десятилетие. Однако без общественного запроса любые реформы могут оказаться имитацией борьбы. Люди устали видеть, как элиты и их дети «жируют» на приватизированных должностях.
Мусуркул Кабылбеков: Новая стадия борьбы
Мусуркул Кабылбеков, политолог:
— Факт того, что это дело поднято, причем государственным органом — Налоговой службой, говорит о многом. Это свидетельствует о борьбе, о том, что Рубикон между сторонами пройден. Борьба вступила в фазу, в которой ни одна из сторон не может отступить.
Если бы это было частное расследование, его можно было бы замять, но заявление сделала ГНС — структура, которая ранее этим не занималась. Мы видим, как государственное учреждение фактически проводит расследование и озвучивает такие факты. Другие надзорные органы, такие как Генпрокуратура, также не могли не отреагировать, и в итоге возбуждено уголовное дело.
Если факты, озвученные ГНС, подтвердятся — а они, скорее всего, подтвердятся, иначе служба потеряет лицо — это значит, что все согласовано на высоком уровне. Подобная информация не появляется без соответствующих решений. Это уже системная борьба. Здесь речь идет не только о политическом соперничестве, но и о попытке представить Камчыбека Ташиева как коррупционера, инициировать уголовное дело против него и фактически исключить его из политической жизни.
Все схемы, которые сейчас обсуждаются, так или иначе связаны с его родственниками — об этом было известно и ранее. Возбуждение уголовного дела, вероятно, затронет и его сына, так как, сказав «А», придется сказать и «Б». В результате финансовые потоки, которые ранее шли в частные карманы, могут начать поступать в государственный бюджет, по крайней мере на время, пока не будет принято окончательное решение по компании.
С политической точки зрения это означает начало серьезной борьбы, и Камчыбеку Ташиеву будет крайне сложно продолжать. Он долго держал паузу, что было оправдано до тех пор, пока не затронули ключевой актив. Даже в ситуациях, связанных с окружением и обвинениями в давлении на бизнес, он не реагировал, ссылаясь на неподходящее время для конфликта.
Однако после того, как проправительственные структуры и блогеры начали открыто обвинять бывшего главу ГКНБ в коррупции и многомиллиардных хищениях, он оказался в ситуации, когда молчать уже невозможно.
Если он вернулся в страну без громких заявлений, значит, он приехал именно для борьбы. Вопрос в том, к чему это приведет: к компромиссу, поиску «козлов отпущения» или дальнейшей эскалации.
Учитывая характер Камчыбека Ташиева, его возвращение было ожидаемым. В противном случае он окончательно потерял бы свой электорат и вышел из политической жизни Кыргызстана. Сам факт его возвращения говорит о намерении отстаивать свои позиции и защищать своих близких, что соответствует его манере поведения.
Скорее всего, самые интересные события еще впереди. Его окружение, вероятно, уже разработало свою стратегию. Возвращение экс-председателя ГКНБ является не спонтанным решением, а тщательно продуманным шагом. У него есть серьезные обязательства перед сторонниками, родственниками и людьми под следствием. В такой ситуации оставаться за границей означало бы фактически исключить себя из политической игры — как в глазах общества, так и собственных сторонников.
Тологон Келдибаев: Законность рано или поздно восторжествует
Тологон Келдибаев, политолог:
— При любой власти вокруг высокопоставленных лиц неизбежно возникают те, кто совершает преступления ради личной выгоды. Независимо от того, кто это — Ташиев или кто-то другой, его окружение часто ставит свои интересы выше интересов государства. Окружение Ташиева могло быть вовлечено в коррупцию и злоупотребление служебными полномочиями.
Пока Камчыбек Ташиев занимал посты главы ГКНБ и заместителя председателя кабинета министров, фактически являясь вторым человеком после президента, привлечь людей из его окружения к ответственности было невозможно. Даже если нарушения были очевидны, на это предпочитали закрывать глаза. После его ухода напряжение спало, и предприниматели начали открыто заявлять о своих бедах, вызванных его действиями. Законность может временно отсутствовать, но рано или поздно она вступает в силу. Я уверен, что действия Ташиевых будут оценены с юридической точки зрения, и дело будет тщательно расследовано.
Хотя Ташиев сделал много положительного, он также совершил серьезные ошибки.
Он добился значительных успехов в борьбе с организованной преступностью и коррупцией, что позволило ограничить коррупционные схемы в социальной сфере и правоохранительных органах. Однако его главной проблемой стало обладание огромной, фактически безграничной властью.
Обсудим?
Смотрите также:
